Пальцы превращются в ледышки. Так быстро.
Вечер-ночь.
Четыре лица.
Она_он_она_он_они.
Только раз ее рука была замечена в волосах. Тело ее было податливо настолько, насколько оно было тростниковым. Сахар на ее губах великолепно переигрывал в карточные горчинки с алкоголем, но в ней не было ни капли никотина.
Она утыкалась в плечо со спины так нежно, словно пушинка слегка касалась кожи. А я ни разу не почувствовала ее пушистости на себе. Меня она уводила жестко, целовала яро, не давая опомнится.
Он невыносимо нежен даже когда душит.
Он невероятно жесток, когда улыбается.
Он сумасбродно терпит все мои черточки.
И его взгляд гипнотизирует меня, заставляя не верить в его существование.
В такие моменты он - идеал, а я фанатка из тех, которые идиотки.
Я мешаю слова в голове словно ликёр с абсентовым небом.
Дым из моих легких читает ей стихи.
Нежно, ласково впечатывая их в подкорку, в самую глубь.
Она меня целует смело, состорожничав на секунду до.
Я раскрываюсь совсем не смело ей на встречу, но так жарко.
Он привел ее, будучи готовым. Он знал куда они придут и что их там будет ждать. И когда они оказались на месте, он молчаливо разрешил ей все. Он видел ее маленькой девчушкой, которой наконец дали волю. Сам же он громко шутил переигрывая бутылками в руках и никотиновой завесой вокруг, много говорил и ловил на ветру настроения каждого.
Они _так_ встречаются редко.
Но когда наконец наступает время и место на горло обстоятельствам в глазах каждого из них загораются искорки-дьяволята, души их поют в унисон, а соседи не спят. Долго.
Они такие разные. Они такие.
Сердце бьется на три четверти.
Что ж вы черти круги чертите?
