Я встретила его.
В его взгляде было понамешано много всего.
Сколько всего ты узнаешь о человеке, когда не видишь его больше месяца из-за его мелкой ошибки, которая выдала всю его тактику с головой.
Я считала его братом. То кажется мне сейчас давнишней историей. Но оказалось, что он не был мне другом. Пытался им быть. Но, кажется, эта была смесь любви с желанием. Да, пожалуй так. На том все и закончилось. Ведь я любила его сестринской любовью.
И вот, я вижу его.
В его глазах читается радость от встречи. Глаза слегка увлажнились. Он скучал.
И, кажется, я тоже. Я подняла слегка руки. Хотела обнять. Это был неосознанный порыв.
А он сжался, будто я хочу его ударить.
Почему? Видимо он чувствует вину.
Или же он действительно очень сильно меня боится.
Он сказал, что в моем взгляде увидел агрессию.
А ведь то был набор чувств.
Я все-таки успела привыкнуть к нему за 8 лет.
Ведь я успела его полюбить той самой, сестринской любовью.
А обрушилось все слишком резко, слишком жестоко.
Я тогда не хотела верить. Это было тяжело.
Но речь о сегодня. Мы обменялись несколькими фразами. Они ничего не стоили. А потом меня выдернуло из этих двух минут начало лекции. Мне было пора. Я уходила в состоянии сомнамбулы. Слишком резко меня выдернуло.
И я, пожалуй, не хотела бы снова его встретить. Мне надо переболеть, забыть.
Пожалуй, я согласилась бы на встречу через года, для того чтобы сказать невысказанное. Чтобы все стало на свои места. Но не сейчас.
Мы оба больны и будем еще долго болеть. Возможно.
Тяжко терять людей так.
Слишком тяжело узнавать всю их правду не с их слов, а с их действий.
Все закончилось бы почти аналогично, возможно, если бы он рассказал мне несколько раньше. Но не так болезненно.
Если бы он сказал мне намного раньше, все было бы совсем иначе.
Но вот что я увидела в том человеке, которого называла братом. Он оказался труслив. Труслив до одури. Слишком сильно для того, чтобы я могла это понять и принять. Я уважаю слабости людей и понимаю, но не когда они в такой жуткой форме.
И мне становится страшно от осознания всепоглощающей силы этого качества. И мне тяжело от осознания того, что я совершенно не знала, не понимала и не видела все эти восемь лет того, кто был мне ближе большинства. Я принимала в нем все его недостатки, я ценила в нем его достоинства, но сколького я не видела.
Тогда, когда он был рядом, я искренне верила, что дружба между мужчиной и женщиной может существовать. Ведь мы были знакомы с шестого класса школы. Со временем у меня появилась к нему нежность, я начала звать его братом. Младшим братом.
Но оказалось, что с его стороны было совсем иное. И, возможно, он сам никогда в этом себе не признается. Но все дествия его уже доказали, что если он и любил меня, то совсем иначе.
Итак, видимо, в моей жизни дружбы между парнем\мужчиной и мной не будет никогда. Я больше не смогу никому также верить.
